Как потепление климата меняет облик Якутии

Потепление климата, удлинение теплого периода и рост грозовой активности меняют пожарную обстановку в Якутии. Возгорания все чаще затрагивают северные территории, а продолжительные засухи повышают вероятность крупных пожаров. При этом ученые предостерегают от однозначных прогнозов: пожарный режим зависит не только от климата, но и от доступности территорий для тушения.

Лето становится длиннее

К 14 сентября в Якутии зарегистрировали 512 лесных пожаров на общей площади более 2,3 млн гектаров. Это в 14 раз превышает показатель аналогичного периода 2025 года. Среди наиболее пострадавших территорий оказались Оленекский и Среднеколымский районы. В Минэкологии республики говорят о смещении пожарной активности на север, а ученые связывают изменения с потеплением климата, удлинением теплого периода и ростом грозовой активности.

Определяющими факторами продолжительности и интенсивности пожароопасного сезона специалисты называют изменение климата, засухи и аномально высокие температуры.

«Регион вступил в новую климатическую эпоху, где погодные аномалии напрямую диктуют масштабы природных пожаров», – отметили в Минэкологии Якутии.

О происходящих изменениях говорят и результаты наблюдений ученых. Старший научный сотрудник Института мерзлотоведения имени П.И. Мельникова СО РАН, кандидат географических наук Михаил Васильев совместно с научным сотрудником института Александрой Петровой проанализировали продолжительность холодного периода в Арктической зоне Якутии в 1961–1990 и 1991–2022 годах.

– Исследование показало, что на северо-западе республики весна стала наступать раньше. В районе метеостанции «Оленек» разница составила четыре дня, «Жиганск» – шесть дней. На северо-востоке осень, напротив, отодвигается: в Чокурдахе и Среднеколымске ее наступление сместилось приблизительно на три дня.

Одновременно исследования Института космофизических исследований и аэрономии имени Ю.Г. Шафера СО РАН показывают рост грозовой активности. В 2009–2023 годах положительная динамика плотности молниевых разрядов наблюдалась и в северных широтных зонах республики между 64-м и 72-м градусами северной широты, – отметил Васильев, исходя из научных трудов коллег.

«Все эти природные факторы способствуют возникновению лесных пожаров, и их необходимо учитывать при анализе причинно-следственных связей», – подчеркнул Михаил Васильев.

Старший научный сотрудник Института геологии и природопользования ДВО РАН, кандидат сельскохозяйственных наук Александр Иванов также отмечает изменение пожарного режима в лесах Сибири и Дальнего Востока. Исследования последних десятилетий указывают на рост числа пожаров, их интенсивности и площади гарей.

По словам ученого, особенно опасны летние пожары. В это время лесные горючие материалы становятся суше, а температура воздуха и почвы значительно выше, чем весной.

«Два ключевых фактора – постепенное увеличение средних температур и усиление неравномерности выпадения осадков, приводящее к длительным периодам без дождей, – превращают лес в пороховую бочку», – сказал Александр Иванов.

Если вероятность возгораний по вине человека можно снижать с помощью ограничений и профилактики, то управлять грозовой активностью невозможно. Сухие грозы во многом определяют возникновение лесных пожаров в северных широтах.

«Сотрудники Института мерзлотоведения сейчас изучают динамику выгоревших площадей в Якутии севернее Полярного круга. Научная статья по результатам этой работы готовится к публикации», – отметил Васильев. Предварительные данные не дают простой линейной картины. Наибольшее количество катастрофических пожаров площадью свыше двух тысяч гектаров в Заполярье было отмечено в 2001, 2005 и 2006 годах. В 2018–2025 годах там преобладали крупные пожары площадью от 25 до 200 гектаров.

Вот почему говорить только о постоянном увеличении размера отдельных пожаров было бы преждевременно. Ученым еще предстоит сопоставить количество очагов, общую выгоревшую площадь и географию распространения огня.

«Необходимо проводить мониторинговые исследования в тундровой зоне. Это позволит контролировать развитие природной среды в зависимости как от естественных факторов, например, климатических, так и от техногенных воздействий», – отметил Михаил Васильев.

Что остается после огня

Воздействие пожара не заканчивается после того, как потушен последний очаг. На выгоревшей территории меняются растительность, состояние почвы, её вод- ный режим, глубина сезонного протаивания, углеродный цикл и видовое разнообразие.

Вместо восстановления леса в прежнем виде нередко начинается экологическая сукцессия – последовательная смена одного природного сообщества другим. Этот процесс может продолжаться десятилетиями.

При этом лиственница, являющаяся главной лесообразующей породой Якутии, приспособлена к периодическому воздействию огня. Как объяснил Александр Иванов, появление ее всходов часто становится возможным после выгорания слоя кустарничков. Однако если сильный пожар происходит на крутом каменистом склоне, последующие ливни могут смыть тонкий слой почвы.

«Исчезает субстрат, в котором могли бы прорастать семена деревьев. Так образуются гольцы. Название говорит само за себя», – пояснил ученый.

Пожары влияют и на многолетнюю мерзлоту. После уничтожения растительного и напочвенного покрова поверхность поглощает больше тепла, вследствие чего увеличивается глубина сезонного протаивания. В дальнейшем, по мере восстановления подстилки, кустарников и деревьев, она может приблизиться к прежним значениям.

«Это очень динамичная система: лес – мерзлота – пожар. Пожар губит лес и увеличивает глубину протаивания, а при более глубоком залегании мерзлоты продуктивность леса может возрастать. Такой парадоксальный цикл», – рассказал Александр Иванов.

Одновременно в атмосферу поступают углекислый газ, аэрозольные частицы, соединения азота и серы.

«Дым ухудшает качество воздуха и влияет на здоровье населения, а аэрозоли способны менять прозрачность атмосферы и участвовать в локальном нагревании или охлаждении воздуха», – считает Михаил Васильев.

Можно ли предсказать большой пожар?

Современные методы позволяют оценивать пожароопасную обстановку на основе температуры, количества осадков и других показателей. Однако заранее определить, какой именно очаг превратится в крупный пожар, значительно сложнее.

«Как правило, в эти категории лесные пожары переходят из-за несвоевременного тушения, когда фактически они не подлежат обязательному тушению в районах с неразвитой дорожной сетью, если нет угрозы населённым пунктам и линейным объектам», – объясняет Михаил Васильев.

Большая часть Якутии относится именно к труднодоступным территориям. Отсутствие дорог и другой лесной инфраструктуры ограничивает возможности противопожарной подготовки, быстрой доставки людей и техники, локализации и тушения очагов.

По мнению Александра Иванова, в таких условиях особое значение приобретает предотвращение возгораний по вине человека.

«Надо сделать так, чтобы люди не поджигали леса не потому, что их за это накажут, а потому, что они сами не хотят задыхаться в дыму, лишаться лесов и всех их полезных функций», – уверен Александр Иванов.

Однозначно предсказать пожарную обстановку в Якутии на ближайшие 10–20 лет исследователи пока не берутся. Для этого необходимы модели, учитывающие климатические показатели, грозовую активность, историю пожаров и особенности каждой территории. Однако уже сейчас очевидно: на фоне потепления и удлинения тёплого периода риск природных пожаров становится всё более значимым и для северных районов республики.