Десант на Шумшу: тогда и сейчас

Шумшу – самый северный курильский остров. Японцы укрепляли его годами, возведя сотни бетонных артиллерийских дотов, дзотов и «утопив» на 50-70-метровой глубине склады, подземные укрытия для войск и штаба – все это представляло единую оборонительную систему – хорошо продуманную, тщательно замаскированную. Его гарнизон располагал более чем сотней орудий, 60 танками и 8,5 тысячами солдат и офицеров. Чтобы принудить их к капитуляции, советское командование спланировало Курильскую десантную операцию, которая началась в ночь на 18 августа 1945 года – через девять дней после объявления войны Японии.

Без боевого опыта

Советские десантники должны были внезапно высадиться на Шумшу с северо-западной, наименее укрепленной, стороны. Боевого опыта они не имели – переброску людей и техники в Камчатский оборонительный район японцы бы неизбежно засекли, и для соблюдения секретности задействовали только те силы, которые находились там изначально. С той же целью перед началом операции был дан приказ – не открывать на подходе к острову огонь с кораблей. Но огонь был открыт, при этом противник существенного урона не понес. Только себя обнаружили… В довершение ко всему погода была нелетная, и десантники оказались без поддержки авиации.

Перегруженные суда не смогли подойти к Шумшу ближе, чем на 100-150 метров, и моряки со всем вооружением прыгали за борт. Связисты ныряли в воду с радиостанциями, гидрографы – со своим оборудованием, в результате чего большая часть техсредств либо затонула, либо вышла из строя. Единственную радиостанцию (из 22-х) сберег старший краснофлотец Мусорин: поняв, что вплавь он ее в рабочем состоянии не доставит, моряк вдохнул побольше воздуха, погрузился на каменистое дно и вслепую двинулся по нему к суше, неся драгоценный груз на вытянутых вверх руках. Именно эта радиостанция помогла передовому отряду связаться с командованием, которое более получаса с момента начала операции понятия не имело, «где свои, где кто, где связь».

Против танков

Японцы, поняв, что советский десант вооружен, по большому счету, лишь автоматами и гранатами, бросило в атаку батальон с 20 танками. Через два часа неравного боя на ходу оставались лишь пять из них, но за господствующие высоты 165 и 171 враг держался мертвой хваткой. Десантники пошли в рукопашную.

К полудню небо прояснилось, и в бой вступила авиация, отбомбившись по военно-морским базам на Шумшу и соседнем Парамушире, где дислоцировался еще более сильный японский гарнизон.

А на земле японцы бросили в атаку у высоты 171 два пехотных батальона и 18 танков. Но советские десантники к тому времени уже располагали четырьмя 45-мм орудиями и сотней противотанковых ружей. Одновременно по противнику отработала артиллерия. После боя враг отступил с единственным уцелевшим танком, а чтобы удержать оставшуюся высоту 165, задействовал 20 танков и всю мощь своей неуязвимой в укрытиях артиллерии. Но к ночи обе высоты были наши.

И все же капитуляцию японцы затягивали до последнего. Лишь 23 августа командующий японскими войсками на севере Курил генерал-лейтенант Фусаки Цуцуми подписал ее, хотя на материке основное сопротивление было сломлено к 20 августа.

24 августа краснофлотцы начали очищать другие острова Курильской гряды, пленив при этом более 50 тысяч солдат и офицеров Квантунской армии. А 2 сентября в водах Токийского залива был подписан Акт о капитуляции Японии.

С международным участием

Через 80 лет после завершения Курильской операции на Шумшу открыли мемориал, а на месте высадки десанта организация «Росрекон» провела его реконструкцию – на средства Президентского гранта и при поддержке Тихоокеанского флота и Администрации Камчатского края.

От Якутии там был Ян Андросов из Клуба военно-исторической реконструкции «Красный Восход». В конце августа – начале сентября в Хабаровске проходят двух- или трехдневные слеты реконструкторов, посвященные разгрому Квантунской армии, а он участвует в них с 2019 года. Ездит туда по два-три раза в год – за счет принимающей стороны. Но готовиться надо серьезно. К примеру, у Яна есть комплекты формы бойца Красной армии по годам – с 1935-го по 1945-й, а форма должна соответствовать содержанию, то есть ее носитель обязан знать военные реалии тех лет от сих до сих.

У самого Яна на Восточном фронте никто не воевал: прадед по отцу погиб в 1943-м на Брянском направлении, а прадед с материнской – оборонял Ленинград и дошел до Прибалтики. Но в тех краях он пока не бывал.

Что касается реконструкторского движения на Дальнем Востоке, то охват у него международный – за счет того, что в нем участвуют реконструкторы из Белоруссии и Китая, которые традиционно отыгрывают роли бойцов Красной Армии. Белорусов по понятным причинам в японскую форму не нарядишь, а китайцы ее не наденут принципиально – хорошо помнят, что творила Квантунская армия в Китае. Помнят и не прощают.

Правда, с китайскими «красноармейцами» особо не пообщаешься – русским они не владеют, хотя самые ходовые команды знают. «За все время я познакомился только с одним китайцем, с которым можно вести осмысленный диалог, – рассказывает Ян. – Это был студент из Благовещенска, представлявшийся как «Елисей».

«На тёмной стороне»

Но вернемся к прошлогодним юбилейным мероприятиям на Шумшу. «Росрекон», выиграв Президентский грант, объявил конкурс среди своих активистов. Конкурс, к слову, был впечатляющий – пять человек на место, и прошли через его сито 120 человек, которых разделили на «Красную Армию» и «Квантунскую». Ян, по собственным словам, оказался на «темной стороне».

Да, японское обмундирование у него тоже есть – китайского производства. Поднебесная – главный поставщик этой формы. Бизнес есть бизнес: все воспроизведено точно, в мельчайших деталях, даже японские штемпели в нужных местах аккуратно проставлены. Ян, отправляясь летом в район на сенокос, надевает японское солдатское кепи – во-первых, оно хорошо защищает от солнца, а во-вторых – форма не должна выглядеть так, как будто только что пришла с маркетплейса. Он уже и звездочку с этого кепи где-то потерял. Японцы, представьте себе, тоже их носили, и до этой потери публика, глядя на Яна, принимала его… за красноармейца: раз со звездочкой – значит, свой, хотя в данном случае – совсем наоборот. И никого не смущало, что форма чужая!

Форма в реконструкторском деле – архиважно. У кого она поплоше – тех на Шумшу засадили в доты, а сидеть там, когда все самое интересное происходит под ясным солнцем – сами понимаете…

Специально перед поездкой Ян две недели разучивал японскую песню тех лет, найдя на одном из сайтов текст с транскрипцией.

– Это не военный марш, а обычная песня, и речь в ней идет о цветении сакуры и письме матери.

А добираться на Курилы ему пришлось через… столицу нашей Родины: сначала рейсом Якутск – Москва, потом Москва – Петропавловск-Камчатский.

Сапёры, поисковики и реконструкторы

Непосредственно на Шумшу 120 реконструкторов прибыли на десантном корабле, высадившем их в полутора километрах от острова, до которого они добирались на моторных лодках. Яна прямо в моторке окатило холодной водой, но расстраиваться было некогда: надо было таскать макеты оружия, снаряжение – 15 часов выгружали свое добро! Вознаградили их за этот труд экскурсией по острову, главная достопримечательность которого – высота 171, где состоялся последний танковый бой Второй мировой войны. Подбитые танки так и стоят там до сих пор.

А северная часть острова, где были самые кровопролитные бои, по сей день усеяна гранатами и снарядами – как нашими, так и японскими, и среди них много неразорвавшихся, поэтому перед проведением памятных мероприятий на Шумшу поработали саперы. После них туда прибыли поисковики, которым пришлось хлебнуть лиха – в прямом смысле слова: их там накрыло сильное цунами, смывшее в море часть палаток – в том числе предназначенных для реконструкторов, которым из-за этого пришлось жить по восемь человек в одной.

Поисковики показали им найденные гильзы, пулеметные диски, элементы обмундирования и снаряжения. Рассказали, что в ходе работ подняли останки нескольких человек, среди которых по остаткам экипировки опознали японцев, после чего была предпринята попытка передать их японской стороне, но успехом она не увенчалась.

По уставу 1944 года

Перед проведением «десанта» реконструкторы изучили рельеф острова и мыс, разделяющий Охотское море и Тихий океан. На нем, кстати, стоит японский маяк 1933 года постройки, выглядящий как новенький, несмотря на вечную сырость. Обычная погода тех мест: с одной стороны по небу плывет туман, с другой – идет дождь, а позади светит солнышко. И ветер при этом, конечно, пронизывающий.

На этом ветру реконструкторы начинали день с зарядки, потом «темная сторона» училась маршировать в британском стиле, потому что японцы именно так и маршировали. А еще все вместе рыли окопы для пущего правдоподобия. Кстати, были там не только россияне, но и белорусы, один из которых, добравшись до Шумшу, потребовал, чтобы на «советской» стороне все было по уставу 1944 года. За такую принципиальность именно его и назначили на время «высадки десанта» начальником штаба.

На «японской» стороне устав тех лет блюли не так чтобы очень строго, ведь в Квантунской армии за любую провинность избивали палками, добиваясь железной дисциплины, а вот охотников воспроизводить эти экзекуции в рядах реконструкторов нет.

Бои на Шумшу в 1945-м шли с 18 августа по 22-е, но было реконструировано только начало операции и отступление японцев в глубь острова. Ян в качестве горниста подавал сигнал к атаке. А потом, когда все было позади, спел у костра песню, которую Шумшу не слышал 80 лет. Японская песня хорошо прозвучала под баян, привезенный реконструктором из Уфы. Но играл на нем сам Ян – кстати, дважды: сначала – когда рядом с «десантниками» сидели первый заместитель руководителя Администрации Президента РФ Сергей Кириенко и губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко. Потом – на Камчатке, когда к реконструкторам приехал губернатор края Владимир Солодов.

Больше же всего Яна там впечатлили экскурсии, в которых была такая любовь к родному краю, что становилось понятно, почему 80 с лишним лет назад враг здесь не прошел. И не пройдет никогда.

В первой части статьи использованы материалы «Военного обозрения».