Выставочный зал НХМ представляет «Акварельные сны»

«Акварель – это эмоции, прозрачные тона, «текучесть», – объяснила название выставки «Акварельные сны» ее куратор, заместитель генерального директора НХМ Юлия Кравцова. – Очень интересная техника – и очень капризная: одна ошибка – и ничего уже не перепишешь, как картину масляной живописи. Этой техникой надо владеть виртуозно».

Секреты творческой кухни

Об этом говорили и сами художники, дав нам редкую возможность узнать секреты творческой кухни из первых уст.

– Акварель требует собранности, – считает Эдита Степанова. – Никто не должен в это время мешать. Дома никого не должно быть. Я закрываю дверь, отключаю телефон. Концентрация – максимальная. Потом ничего нельзя будет поправить.

– Самое сложное – передать свет: солнечный свет, или как снег светится в темноте, – поделилась своим видением Антонина Шадрина. – А когда акварель высыхает, она выглядит совсем по-другому.

– Работать надо очень быстро – мало того, что бумага не должна пересыхать, еще ведь и солнце движется, облака, меняется освещение – за пять минут надо успеть. Не успеешь – все, – поведала Азалия Соргоева. – Помню один утренний пейзаж – все было розовое. Но сохранился этот пейзаж только в моей памяти. Больше я такого никогда не видела.

А ещё бумага со временем выгорает – желтеет, края разлохмачиваются. Это не только к акварели относится, к гуаши тоже. Была у меня гуашь, написанная у Раи Бурцевой (художник, скульптор Раиса Николаевна Бурцева (1947-2025) – прим.) в Соттинцах, когда за завтраком на террасе собралось большое семейство – и много собак разного возраста. Я сейчас поверить не могу, что тогда успела. Но эта работа выгорела – ее на стене держали…

«Сродни медитации»

– Акварель – это состояние души, – подчеркнула Туяра Шапошникова перед тем, как рассказать о своих наблюдениях за работой китайских коллег:

– Мы – последователи западного искусства, у нас западноевропейская школа, а китайская живопись – Восток, и там жесткие стилевые рамки: например, «Цветы и птицы», «Горы и долины», то есть художник всю жизнь пишет, скажем, птиц и цветы. В этом – своя восточная философия, сродни медитации.

Я видела, как китайская художница сначала взяла кисть под названием «волчий хвост», макнула ее в прозрачную тушь – воду с капелькой туши. А каким движением она ее наносила – это словами не опишешь. Бумага впитала все как промокашка. И с каждым последующим разом кисти становились все тоньше и тоньше…

– Акварель требует и сосредоточенности, и настроения – легкого, как она сама, – заметила Мария Рахлеева, признавшись, что в начале учебы акварель она ненавидела, но каждое воскресенье приходила в училище, когда там никого не было, чтобы корпеть именно над акварельными работами, добившись в конце концов хороших оценок.

А вспомнив студенческие этюды Туяры Шапошниковой, она сказала:

– Мне очень нравятся нынешние Туярины работы. Они цветоносные, красивые, а главное – передают состояние. Акварель и должна передавать состояние – и природы, и того, что ты хотел сказать.

Эксперимент и непредсказуемость

Именно так Мария Гуляева с мужем Георгием Решетниковым стали пейзажистами.

– Мы с Георгием Николаевичем институт закончили, когда нам было по тридцать лет. И около тридцати пяти, когда впервые выехали на природу – в Ботанический сад, который я и до этого хорошо знала, – рассказала она. – Я работала сухой пастелью, Гоша – акварелью, и у него рука по листу просто летала. Масляная живопись – прежде всего работа над оттенками, на палитре.  Гоша же часто вместо палитры брал белую фарфоровую тарелку…

А Василий Камшилин до сих пор не забыл, как в студенчестве, в пору экспериментов, преподаватели иногда заставляли его завешивать работы калькой, чтобы «кричащие оттенки» не резали глаз. Но при работе с акварелью он по-прежнему ценит возможность экспериментировать ввиду непредсказуемости материала.

– На этой выставке столько разнообразных работ – при том, что акварелью занимаются не так много художников, – сказала Наталья Николаева, попутно заметив, что при работе с этим капризным и сложным материалом хорошая бумага позволяет немножко «подснять», но она сейчас стоит четыре тысячи рублей за один лист.

Диалог поколений

Стоит ли удивляться после этого тому, что два года эту выставку «держали в уме»! А когда же она, наконец, стала обретать реальные очертания, решили посмотреть, что еще есть в музейном собрании – и обнаружили большой пласт работ Макара Филиппова, который для многих станет открытием.

1950-е, 1960-е, 1970-е – и наше время.

– При этом выставка из собрания НХМ и работ современных художников выстроена не в хронологическом порядке, и в этом диалоге поколений посетители могут сопоставить, как было раньше, и как пишет новое поколение, – отметила куратор выставки Юлия Кравцова. – Здесь у нас три пласта, условно обозначенные как «Присутствие» (образ человека, его бытие), «Поток» (все, что связано с жанром пейзажа, мимолетные состояния природы), «Предчувствие» (духовность, сакральные смыслы).

«Теплая жизнь», – сказала об акварели, а значит, и об этой выставке искусствовед Зинаида Иванова-Унарова. Лучше и не скажешь.

«Акварельные сны» можно увидеть в Выставочном зале НХМ до 26 июня.