Заслуженная артистка РС (Я) Маргарита Борисова: «У меня счастливая судьба»

Зал Алампа в Саха театре с трудом вместил всех желающих попасть на творческий вечер заслуженной артистки РС(Я), почетного гражданина Джикимдинского наслега Нюрбинского улуса Маргариты Борисовой, а билеты, как сказали в кассе, раскупили задолго до назначенной даты.

Как в индийском кино

… Начался вечер с позывного Якутского радио, некогда будившего всех жителей ЯАССР – кого на работу, кого – в школу и детсад. А кто-то к этому времени давно был на ногах:

– Отца и мать мне заменил мой дядя Семен Васильевич Никифоров – знатный дояр, кавалер орденов «Знак Почета» и Октябрьской революции, – поведала о начале своей жизни Маргарита Михайловна.

В сценке, представившей детские годы Риты, дядя Семен был занят шитьем платья для своей ненаглядной девочки. Но он не только наряжал ее.

– Он слушал по радио выступления артистов, узнавал по голосам, а если в газетах были заметки о них, показывал мне. А еще было индийское кино, которое мы обожали, с которого все выходили заплаканные. Что же до меня – так я еще долго продолжала всхлипывать над злоключениями главных героев – к негодованию моей тети: «Выдумают всякое, а ты плачь!»

Но для меня истории несчастных сирот, которые преодолевали свалившиеся на них невзгоды, обретая любовь, богатство и счастье, не были выдумками. Сквозь слезы глядя на экран, клялась себе, что тоже стану любимой, богатой и счастливой, ведь меня, ребенка из многодетной семьи, в два месяца от роду отдали на воспитание бабушке, дедушке и братьям отца Семену и Николаю.

Довольно долго мы все жили в большой семье дяди Николая, а когда я чуть подросла, стали жить отдельным домом с дедом, бабушкой и дядей Семеном. А заканчивая школу в Нюрбе, я жила в семье дяди Андрея.

Так с самого начала повелось – определяющую роль в моей жизни, особенно в переломные моменты, играли именно мужчины. Режиссер Нюрбинского театра Спартак Иванович Слепцов, углядев что-то во мне, семикласснице, вызвал к себе на разговор, и это произвело на меня такое впечатление, что я, настоящий сорванец, ни в чем не уступавшая мальчишкам, решила наконец взяться за ум и налечь на учебу.

Цыганочка с выходом

– Поработав год после школы в Нюрбинском театре, поехала поступать в Дальневосточный институт искусств, и это была целая история – Фрося Бурлакова отдыхает… В тот год набирал курс Ефим Давыдович Табачников – главный режиссер Владивостокского театра, приглашенный аж из самой Москвы. Одно его имя вгоняло абитуриентов в трепет.

На мое счастье, в институте нашлись землячки – Рая Крылова и Анаида Туласынова, которые стали для меня настоящей группой поддержки. Определив, что мой рост маловат для сцены, они решили его увеличить с помощью обуви, и мы, отстояв целый день в очереди, урвали сабо на такой мощной платформе, что я и впрямь «воспарила» над землей.

Однако мои наставницы думали не только о форме, но и о содержании: подводя мне глаза и заплетая волосы, они неустанно твердили о каких-то художниках и музыкантах, не ведая, что эта ценная информация тут же вылетает у меня из головы.

– Главное – не молчи. И делай все, что скажут. Знаешь не знаешь, умеешь не умеешь – действуй.

И когда мне велели станцевать польку, я живо изобразила… якутский дьиэрэнкэй. Но не успела перевести дух, как услышала: «А теперь цыганочку». Фильм «Табор уходит в небо» я смотрела, поэтому в общих чертах представляла, чего от меня хотят, но злополучные сабо на платформе мешали показать цыганку Раду должным образом.

Недолго думая, лихо спрыгнула с них, распустила волосы, которые во влажном приморском климате местами вились колечками, а местами стояли дыбом, и принялась вихрем носиться перед приемной комиссией, под конец вспомнив еще и про тряску плечами. Успех, как мне показалось, был полный, и я не поверила своим ушам, когда Ефим Давыдович смущенно сказал: «Вот в чем дело… Мы же курс для русского театра набираем…»

Слезы у меня так и брызнули, смешиваясь с щедро наложенной девочками тушью для ресниц, и я не нашла ничего лучше, как забиться под стол. Туда ко мне и спустился Табачников: «Моя хорошая, можно и так поговорить…» Протянул свой носовой платок, а у меня от едкой туши и мыслей, что вот сейчас еще и про художников спрашивать будут, слезотечение только усилилось… А ведь я тогда не знала, что судьба моя действительно висела на волоске!

«Симфония сакуры»

– До общаги добралась кое-как, где при виде меня у Раи с Анаидой глаза округлились от ужаса.

После обеда в институте должны были вывесить списки принятых, и верная Анаида пошла со мной. А там творилось невообразимое: если поступившие радостно вопили, смеялись во все горло и отплясывали, то те, кому не повезло, так же бурно предавались горю – рыдали, стонали, стенали…

Попросив Анаиду подняться по лестнице и посмотреть, взяли меня или нет, я стояла посреди буйствующей толпы и тихонько молилась. Прошла целая вечность, прежде чем до меня долетел ее ликующий крик: «Рита-а-а!»

Не помню, как оказалась у списка. Но где же моя фамилия? «Да ты наверх посмотри!» – говорит Анаида. А там в самом начале – «Маргарита Никифорова». И только намного позже я узнала, что решение принять меня в прямом смысле слова продавил руководитель курса Ефим Давыдович.

Мой Учитель (именно так, с большой буквы!) однажды удивил меня, спросив, не хотела бы я остаться после института во Владивостокском театре? А много лет спустя в посвященной ему книге прочла, что он думал поставить «Женщину в песках» Кобо Абэ…

В 2005 году в Саха театре «Женщину в песках» в качестве своей дипломной работы поставила Лена Иванова-Гримм, а главную роль сыграла Маргарита Борисова. Одновременно с этим в Театре оперы и балета прошел фестиваль «Симфония сакуры», и участвовавший в нем японский дирижер Икуо Ямамото оставил о ней такой отзыв: «Удивительное мастерство перевоплощения: в одной сцене – старуха, в другой – молодая женщина. Обворожительна!»

На съёмочной площадке

Но это будет потом. А в 1980 году, закончив институт, Маргарита, тогда еще Никифорова, вернется в родную Нюрбу, хотя главный режиссер Якутского драмтеатра Федот Потапов будет звать ее к себе.

В Якутск она приедет через год – с мужем Петром Борисовым и годовалой дочкой, и тогда Федот Федотович снова предложит ей работу, причем сам введет на роль в своем спектакле по Ивану Гоголеву-Кындылу «Слезы».

– Это очень сильная пьеса, и если бы сейчас нашелся режиссер, который бы взялся за ее постановку – эффект был бы мощнейший, – говорит Маргарита Михайловна.

А предложение сняться в фильме Свердловской киностудии «Семен Дежнев» пришло, когда Маргарита Борисова репетировала сразу две роли в спектакле Василия Фомина «Схватка» по Егору Неймохову. Поэтому Абакаяду она поначалу играть не хотела.

Старший коллега по театру Степан Емельянов, уже утвержденный в «Дежневе» на роль Атамая, был категоричен: «Ты вообще понимаешь, от чего отказываешься? Такого шанса больше не представится. Я отобью телеграмму, что ты выезжаешь». Поддержал его и Федот Потапов: «Добро я дам. Если Василий Михайлович не против».

Так она оказалась на съемочной площадке «Дежнева» в паре с актером Алексеем Булдаковым, которого тогда мало кто знал, зато позже узнали и полюбили как генерала Иволгина из «Особенностей национальной охоты». А сына Абакаяды и Семена – Любима – сыграл Коля Ушницкий, младший брат мужа Маргариты Михайловны. Причем выбрали мальчика из множества претендентов, и она на этот выбор никак повлиять не могла.

После премьеры «Дежнева» режиссер Николай Гусаров и Маргарита Борисова представляли фильм на Международном кинофестивале стран Азии, Африки и Латинской Америки, где все путали ее с японской актрисой Комаки Курихарой («Отличали только по берету и кружевному зонтику от солнца, с которыми она не расставалась», – смеется Маргарита Михайловна). И там ей назначил встречу киргизский режиссер Болот Шамшиев – для того, чтобы сказать, что хочет экранизировать роман Ивана Гоголева-Кындыла «Черный стерх» – с ней в главной роли! Но для начала она должна была состыковать его с писателем.

По возвращении в Якутск она предприняла не одну попытку сделать это, но Иван Михайлович ни разу не подошел к телефону, когда она ему звонила. Причину Маргарита Михайловна узнала много лет спустя: Кындыл хотел, чтобы экранизацией его романа занялся якутский режиссер.

– Он верил – время придет. Так что ждем…

«Колдуем немножко»

Потом Алексей Романов пригласил ее в свой дипломный фильм «Мааппа» – первый фильм на якутском языке, где она сыграла в паре с Дмитрием Михайловым, который в перерывах между съемками постоянно рассказывал страшные истории – не иначе, создавая нужную атмосферу.

Фильм снимался на Свердловской киностудии, поэтому натурные съемки велись там, и Алексей Семенович Романов рассказал, в какое отчаяние приводило группу отсутствие снега:

– Синоптики обещали хорошие осадки дней через десять, тогда мы развели позади декораций балагана и амбара небольшой костерок, покормили огонь оладьями, удивив художника картины Михаила Розенштейна: «Что это вы там делаете?» «Да так, – говорю, – колдуем немножко». Было это в пятницу, а с субботы на воскресенье как повалил снег! К понедельнику все было укутано снежным покровом сантиметров в двадцать. Операторы и остальные работники студии смотрели на меня такими глазами…

А интерьерные съемки прошли в Якутске – в балагане на территории Литературного музея. В сцене, где несчастная Мааппа, прощаясь с миром, облачается в наряд невесты, ее нагрудное и наспинное украшения – илин и кэлин кэбисэр – были отнюдь не бутафорией, а настоящими раритетами из фондов Якутского краеведческого музея общим весом 30 килограмм.

– Я под их тяжестью сгибалась! И не имела права лишний раз к ним прикоснуться – за этим следила сотрудница музея, которая с этого национального достояния глаз не спускала. И в Свердловск она с нами ездила, и там никому не давала эти украшения трогать, но людей к ним тянуло, как магнитом…

Во время озвучки «Мааппы» бурятский режиссер Барас Халзанов предложил мне сняться – без проб! – в его фильме «Сон в начале тумана», который он собирался снимать по роману Юрия Рытхэу. Но съемки фильма заморозили…

Такое это было время – фильмы замораживали, киностудии закрывали. Но буряты в конце концов сумели собрать какие-то деньги, чтобы уже смертельно больной Халзанов все-таки снял свой фильм с бурятской актрисой в главной роли. Одежды во многих сценах на героине почти не было. Когда я смотрела этот фильм в интернете, то думала: смогла бы я так? Не знаю…

Нежданно-негаданно

– Но вот то, о чем я никогда не думала не гадала – сбылось. В 1994 году в Якутск приехал американский режиссер Кевин Райс, но приехал летом, когда все наши молодые красивые актрисы разъехались. И я получила главную роль в его спектакле «Сибирское лето».

Она очень тяжело мне далась: играть на чужом языке, с самого начала спектакля и до самого его финала находясь на сцене, – это, скажу я вам, испытание. А еще не давала покоя мысль, что, глядя на меня, будут судить о нашем театре – и обо всем нашем народе…

Все это давило, прямо пригибало к земле. Но там, где в пьесе были моменты, прописанные как комические, зал смеялся, и это поднимало мне дух: значит, я все-таки смогла это передать! Кстати, о зале – он был на удивление небольшой, я поначалу даже не поверила, что это театр. Но это был именно что театр курортного города Уэльфлит, штат Массачусетс, в котором каждые десять дней играют новые спектакли. А наш мы играли вдвое дольше – 20 дней, чему Кевин очень удивлялся, радовался и очень гордился.

Каждая роль для меня – это подарок судьбы. И хочется играть разноплановые роли. В фильме «Тулабыт барыта хайалар» Семена Ермолаева я играла женщину-бомжа. Снимали мы на автовокзале, и там ко мне подсел «коллега». Его взгляды, движения мы потом с моим партнером Кириллом Семеновым использовали. Да, там нас с ним, кстати, чуть милиция не забрала в отделение. Помню крик гримера Октябрины Потаповой: «Не трогайте, это мои!»

«Моё богатство»

– Недавно снялась у режиссера Костаса Марсаана в его фильме «Новый боотур». Интересная работа. Также должен выйти на экраны снятый «Сахафильмом» совместно с казахами «Таксист» режиссера Толепбергена Байсакалова, которого знают и как актера – по роли в сериале «Снайпер. Тунгус».

Так хотела сняться в этом фильме, что приехала на съемочную площадку вскоре после перелома, с ногой в гипсе. А продюсер фильма Дмитрий Шадрин, увидев меня в таком виде, воскликнул: «Здорово! Интересный образ!» Ну вот и увидим на премьере, какой там образ…

На ТНТ снялась в комедии «Полярный-4», которую можно посмотреть на RUTUBE и ВК. Там я по-китайски говорю. На съемки этой комедии я улетела в Мурманск с репетиций спектакля «Мазары» перед самой премьерой, отпросившись у Сергея Станиславовича Потапова, и мне рассказывали, как он в сцене с моим участием во время моего отсутствия кричал: «Старуха зашла!», «Старуха вышла!»

Очень благодарна и ему, и театру за поддержку. Могли же запретить. Или снять с роли… И в том, и в другом случае у артиста возникает ощущение потери. Но у меня счастливая судьба – как когда-то я мечтала в детстве, бегая в клуб на индийские фильмы. Я действительно стала любимой, счастливой, богатой. Мое богатство – муж, дочь, зять, внуки, работа – мои роли, мои коллеги и вы, дорогие мои зрители.

P.S. 8 февраля в честь юбилея Маргариты Борисовой Саха театр покажет спектакль Андрея Борисова по пьесе Василия Харысхала «Прости, отец, прости…», где она играет роль Екатерины Максимовны — матери братьев Ксенофонтовых.