Трудная дорога в «чистую» жизнь

Трудная дорога в «чистую» жизнь

Специальный репортаж из реабилитационного центра  «Алмаз»
14:00
15 декабря 2019

С федеральных телеканалов уже много лет рассказывают о центрах реабилитации бывших наркоманов и осужденных. Живущие общинами, не понаслышке знающие, в каком аду им довелось побывать, они помогают друг другу вернуться к нормальной жизни. Каково же было мое удивление узнать, что в Якутии подобная организация тоже существует. А раз так – значит, пора в командировку!

***

Четвертый год в республике работает общественная организация социальной защиты граждан, склонных к употреблению психоактивных веществ и реабилитации лиц, освободившихся из мест лишения свободы – ОО «Алмаз». Сама община расположена в селе Арылах Кобяйского района, в Якутске имеется ее головной офис.

12 шагов

Перед самой дорогой в Арылах заезжаем вместе с работниками Минтруда в офис «Алмаза» на Чайковского. Нас встречает его директор Серафим Иванов. Мне устраивают небольшую экскурсию по трехэтажному зданию.

— Вы же раньше располагались в деревянном здании?

— Так как мы находимся в реестре поставщиков социальных услуг, то по СанПиНу и требованиям пожарной безопасности должны располагаться в каменном доме. Это здание у нас в аренде. Выбирали его, конечно, с заделом, чтобы наши жильцы чувствовали себя комфортно, как дома, хотя у большинства никогда не было такого жилья.

Штат небольшой, всего 4 сотрудника. Не считая самого Иванова – это психолог, юрист и консультант. Общее количество реабилитантов составляет  15 человек. Из них постоянно в центре проживает 10 человек, они находятся на реабилитации.

— Профилактикой наркозависимых тоже занимаемся, в основном вторичной и третичной профилактикой. Есть у нас группы анонимных алкоголиков и наркоманов, несколько раз в неделю проводим собрания. Часто родственники (как мы их называем созависимые) за советом обращаются, мы их консультируем. По программе сертификации наркозависимых по линии Минтруда каждый год берем четырех человек, пока финансирование в республике есть только по этому направлению.

В офисе «Алмаза» (Фото предоставил Серафим Иванов).

— Как проходит реабилитация? Сколько времени требуется, чтобы перебороть зависимость?

— Минимум год. Полгода на ресоциализацию, минимум три месяца в сельскохозяйственной реабилитационной коммуне – трудотерапия и анималотерапия. На природе вдали от города реабилитанты учатся трудовым навыкам и, когда возвращаются в город, мы начинаем работать над тем, чтобы вернуть их в семью, социум. Помогаем с документами, трудоустройством, поступлением на учебу. Работаем по программе «12 шагов», которая помогает зависимому осознать саму суть проблемы, найти ее источник, а затем вновь обрести смысл существования. В человеке пробуждается совесть, открываются возможности к самоанализу, начинается непрерывный духовный рост.

«Проблему знаю изнутри»

Реабилитанты, которые живут в Якутске, работают на стройке, где осваивают новые для себя специальности.

— Все парни за свой труд получают зарплату. Кто-то посылает ее детям, кто-то копит, чтобы оплатить себе обучение. Рома учебу оплачивает в СВФУ, Юра хочет поступить в ЯГСХА, Леха и Игорь на права пойдут учиться.

— Если через год вам человек скажет, что не готов вернуться в общество, он может остаться здесь еще на какой-то срок?

— Может, ведь наша задача, чтобы он вышел отсюда полностью «чистым» человеком. Будет здесь столько времени, сколько потребуется. Есть у нас мужики, которым просто некуда идти, жилья своего нет. Такие живут у нас по 2-3 года. Кто-то с нами уже 4 года – стал бригадиром в нашей трудовой коммуне, сейчас в отпуске, уехал в гости к родственникам.

— Вас самого что сподвигло заняться этим?

— Сам через все это прошел. В 2011-м году посадили по 228-й статье. После освобождения решил помогать таким же людям, как я, встать на путь исправления. А это сложно, когда ты, отсидевший, да еще и наркоман со стажем. На таком человеке сразу крест ставят. Для общества он уже не человек, даже у врачей в привычку вошло говорить, что бывших наркоманов не бывает. А человеку все под силу. Были бы желание и поддержка.

Спорт — одна из лучших альтернатив наркотикам и алкоголю (Фото предоставил Серафим Иванов).

— Перед тем как приехать сюда, пытался найти о вас информацию – и практически ничего не нашел.

— Мы особо не пиарили свою деятельность – проблема слишком глобальная, а принять мы можем только 10 человек в год.

— К вам, понятно, подростки не попадут, но употреблять-то начинают с 12-15 лет. Как быть?

— С подростками может заниматься только психолог. Тут нужна комплексная работа государства, всего общества. Велико влияние улицы, криминальных субкультур – потребление начинается через компанию. Сейчас же молодежь не пьет, а курит смеси, жует насвай или снюсы.

Серафим вспоминает, что первая волна наркомании захлестнула поколение, молодость которого пришлась на 80-90 годы. Много молодых парней тогда умерло.

— У нас на зонах большинство сидит за употребление. Один наркоман в год может «заразить» 60 человек. Они же этим и живут – ресурсы свои быстро заканчиваются и, чтобы быть всегда под кайфом, он начинает втягивать других. Дает раз попробовать, а те втягиваются и начинают все нести из дома – это как модель сетевого маркетинга, как пирамида.

— Если кто-то решает уйти, вы будете его удерживать силой?

— Нет, конечно. Мы же берем людей только при стойкой мотивации с реабилитационным потенциалом. В реабилитационном наркологическом центре в Кангалассах психологи, социальные работники с ними работают 6 месяцев – за это время этих людей досконально узнают. Потом только направляют к нам.

Культура как важный фактор новой жизни (Фото предоставил Серафим Иванов).

Через труд и учебу

В тот же день удалось поговорить с двумя парнями, проходящими реабилитацию, – Ромой и Юрой.

Роман Михайлов, 39 лет.

— Родился в поселке Чокурдах Аллаиховского улуса. Из родных только мать. Отца никогда не знал. После школы поступил в ЯЭПИ, на экономиста. Через некоторое время перевелся в ЯГУ, там платить меньше надо было. Учился заочно, подрабатывал на цементном заводе. Потихонечку стал злоупотреблять спиртным. Если друзьям удавалось достать анаши или гашиша, не отказывался. Маму сделал созависимой: утром с похмелья плохо, притворяюсь, что мне еще хуже, она и покупала алкоголь, чтобы я смог «подлечиться». Со временем стал вещи из дома пропивать. Высшее образование получил, а по специальности устроится не получалось. Брался за любую работу – но из-за проблем с алкоголем постоянно увольняли. Когда мама умерла – запил еще сильнее. Иногда в себя приходил, но ненадолго. В «Красной Якутии» 10 раз лежал. В Кангалассы предложили ехать – согласился, деваться некуда, дома разруха, всем мое пьянство осточертело. Там познакомился с Серафимом. Сразу отправился с ним на ферму, подзаработал немного денег, чтобы приодеться, оплатить стоматолога. Тут работаю на стройке – деньги нужны, чтобы оплачивать учебу. Получаю второе высшее, в магистратуре. Это замечательно, когда сам начинаешь себя обеспечивать.

Алмазники в селе Арылах (Фото предоставил Серафим Иванов).

Юрий, 36 лет.

— Покуривать анашу стал с 12 лет – так и втянулся. Потом тяжесть пошла – героин. А дальше зона. Освободился. До зоны считал эти наркотики натуральными продуктами, которые не так сильно травят, как спайсы. Это уже потом их и «скорости» стал потреблять. Если дурь достать не удавалось, пил алкоголь, всегда был в таком состоянии, чтобы «не просыпаться». Сейчас работаю на стройке. Вообще стараюсь браться за все, что есть, прошу даже домашние задания у психолога, лишь бы полностью себя загрузить. Пишу, читаю книги, слушаю музыку, рисую – тут есть все для этого необходимое. Пока не переборю себя, буду в «Алмазе». Но и здесь приходится постоянно бороться с самим собой. Сюда я приехал уже второй раз – после первого пребывания был срыв, теперь остерегаюсь выходить. Здесь мне спокойней. Грандиозных планов у меня нет – маленькими шажками иду к выздоровлению.

Все начинается с подросткового возраста

С психологом Тамарой Егоровой пообщался совсем немного – нужно было ехать. Она сама принадлежит к числу тех профессионалов своего дела, кто предпочитает работать непосредственно на «земле», то есть теорию связывает с практикой. Серьезно изучала проблему алкоголизма еще в 90-х годах, помогали ей антиалкогольные произведения якутского просветителя А.Е. Кулаковского – Ексекюлях Алексея «Песнь пьяного буржуя», «Оборотень/Алкоголь».

— Наркозависимые — это особая категория уязвимых лиц, которые требуют особого индивидуального подхода, но, с другой стороны, относиться как к больным тоже нежелательно. Их нужно научить жить, принимать жизнь как есть, устанавливать утерянные контакты с близкими. Психопрофилактическая работа ведется объемная.

— Почему вообще человек начинает злоупотреблять алкоголем и принимать наркотики?

— Как говорят мои коллеги-психологи, проблема исходит из детства, поэтому, где, в какой семье, какая модель воспитания применялась, важно знать, и, конечно же, кризис подросткового возраста становится фактором риска. Все наши подопечные начали принимать наркотики с 11-16 лет из любопытства, на улице, «чтоб стать взрослыми».

Спорт — это жизнь! (Фото предоставил Серафим Иванов).

— Как можно перебороть эту тенденцию?

— «Кто предупреждён, тот вооружён», поэтому следует проводить первичную профилактику в общеобразовательных учреждениях. Заранее прогнозировать и предупреждать.

В последнее время на российских каналах и в наших СМИ стали бить во все колокола о жевательных табаках снюс, напитках. Нам нужно усилить просветительскую работу. Вот совсем недавно провела занятия по теме «Насвай, снюс, сниффинг» для старшеклассников в Кобяйском и Амгинском улусах. Объясняю им, как нужно избегать плохих компаний, как аргументировать свой отказ в форме разных упражнений. Если наркотики предлагает друг, убедить его отказаться от их употребления или уметь сказать «нет», «стоп». Следует развивать в подростке такие черты характера, как воля, стойкость, твердость, терпение.

Чувствуется, что старшеклассники знают уже, что такое психоактивные вещества, но не имеют представления, что зависимость от наркотиков влияет на психофизиологию юного человека и что они запрещены для употребления, а их  распространение преследуется Законом РФ.

На ферме

Дорога из Якутска в Арылах заняла порядка 8 часов. Фермерское хозяйство у «Алмаза» большое – 80 голов скота. Временно исполняющий обязанности бригадира Деливер Умеров приглашает меня к себе в комнату (он единственный, кто проживает на ферме постоянно, остальные живут в доме неподалеку).

Телята (фото автора).

— Летом у нас свое молоко, мясо сами себе заготавливаем. Стремимся к расширению. Недавно завели кроликов, они уже плодятся со страшной силой.

Свое молоко (фото предоставил Серафим Иванов).
Кролики (фото автора).

Интересуюсь, как он попал в коммуну.

— Меня по ст. 111, ч. 2, п. «3» приговорили к 6 годам и 3 месяцам заключения. Сидел в Мохсоголлохе.  Через 5 лет вышел по УДО, ст. 80 УК РФ – принудительные и исправительные работы, обязан 15% от зарплаты отдавать в пользу государства. Официально устроиться с судимостью не получалось, брался за разные подработки – разгружал металлолом и так далее. Когда в очередной раз пошел отмечаться к уголовно-исправительному инспектору, она мне предложила сходить на ярмарку вакансий. Там и встретил психолога Тамару Петровну, которая мне рассказала про «Алмаз». Договорились встретиться через неделю, которую мне нужно было отработать, чтобы получить аванс – деньги отправил дочери. Но тут по пьяному делу загремел в 4 ГОМ. Через гражданский суд получил только штраф 500 рублей, а могло быть и хуже с моей-то биографией. Мне повезло, за меня Серафим поручился.  Из полиции сразу привезли на Чайковского, помогли с официальным трудоустройством. Побольше бы таких центров. Мне здесь очень нравится. И ребята все хорошие, поддерживаем друг друга. У меня есть семья, сейчас налаживаю отношения с женой и дочкой. Они боятся, что я возьмусь за старое, поэтому пока полностью не переборю в себе тягу к алкоголю, отсюда не уеду.

На ферме (фото автора).

— Как твой день проходит?

— Я по режиму живу, встаю в 6 утра. Сначала собак кормлю, потом кроликов, последними — коров. Потом уборка. Проверяю газовый котел. Особое внимание телятам. Летом, как в любой деревне – сенокос. Сена на зиму много надо заготовить. Ребята коров на лугу пасут, а им раздолье, за зиму-то устают, бедняжки, от коровника. Доим их тоже сами. Кому-то покажется, что тяжело, так и есть, но мне это помогает — остаюсь со своими мыслями, есть время все переосмыслить.

На ферме (фото автора).

— Что тебя больше всего мотивирует?

— Я очень люблю свою жену и дочку. И знаю, что они меня тоже любят. Если бы они меня не любили, я бы не стремился исправиться, опять бы ушел в загулы. Семья – это святое. В Мирном у меня сестра, мама живет в Новосибирске, со всеми созваниваюсь, они очень переживают, поддерживают морально.

Дом где живут алмазники (фото автора).

Община

В деревне «алмазники» живут в старом деревянном доме, рассчитанном на 4 семьи. По сути живут небольшой общиной, да они и сами себя так называют.

Реабилитант, не захотевший представиться, все-таки рассказал о своей жизни:

— Употреблять стал с 2009 года. Приехали друзья, говорят, сейчас мы с тобой радостью поделимся. Так и втянулся. Зависимым себя не считал, думал, все круто, веселуха, куражи – зачем еще нужна молодость. При этом умудрялся на работу ходить – употреблял по выходным. Со временем отношения испортил с женой и дочкой. А потом потерял все, что было – участок, две машины. Деньги только на «кайф» уходили. Последние три года пытался бросить самостоятельно – ударялся в спорт, работу, ни к чему это в итоге не приводило.

На одной силе воли далеко не уйдешь. Судимость получил – условка, взяли с наркотой. Но и она меня не напугала, через неделю после суда взялся за старое. Когда пришло время сниматься с учета в наркологии – понял, что, кроме себя, никого по сути и не обманываю. Попросил с учета не снимать, объяснил, что тяга не прошла, не продержусь «чистым» и пару дней. Хоть что делайте, куда хотите отправляйте –  не брошу сам.

В Кангалассы положили – там 3 месяца пробыл, пока туда Серафим не приехал. Рассказал о своей организации, и я решил к ним перебраться, чтобы закрепить свою «трезвость». У меня есть дом, куда могу всегда вернуться, есть родители, которые меня очень сильно любят и поддерживают. Только вот пока не удастся побороть свою болезнь, отсюда никуда не уеду.

Фото предоставил Серафим Иванов.

Другой «алмазник», 54-летний Юрий, имеет стаж употребления 30 лет:

— С алкоголя на наркотики переходил, с них на игровые автоматы. Мозг у зависимого человека так устроен, что постоянно просит острых ощущений. За это время успел дважды развестись. У меня 4 детей и 4 внука. С деньгами проблем никогда не было – просто в один прекрасный момент осознал, что так жить нельзя. Не вылазил из наркологии. Чтобы пожить «чистым» 2-3 месяца, ложился на 21 день, откапывался, а потом по новой. И так несколько лет подряд. Потом попал в Кангалассы, там узнал о программе «12 шагов», которая уже помогла миллионам людей. Так и попал в «Алмаз». Родственники и дети меня поддерживают. Трудотерапия в тайге среди озер.

Фото предоставил Серафим Иванов

                                                                                                               * * *

То, что сегодня делается в «Алмазе», цивилизованный мир начал применять еще 100 лет назад. Да и у нас в стране это было – в царской России и в первые годы советской власти, когда создавались трудовые коммуны. И тем отраднее, что сейчас государство стало финансово поддерживать такие проекты.

Кто-то может сказать, что зачем помогать оступившимся – никто не заставлял их употреблять, у многих жизнь состояла из потерь и лишений, всем порой приходится трудно. Я и сам порой разделяю такие взгляды, но просто подумайте, что станет с нашим обществом, лишенным сострадания? Тем более, что непосредственно от вас никто и не просит им сопереживать, все, что нужно, это немного понимания.

И на всякий случай — если ваши близкие являются зависимыми людьми – дайте им прочесть этот репортаж, возможно, это станет их первым шагом на пути к перерождению.

 * * *

На нашем сайте вы можете прочесть еще две истории не вошедшие в печатную версию (материал опубликован в газете «Якутия» №48).

Фото предоставил Серафим Иванов

С детства по зонам

Николай, 61 год.

— Я родился в очень благополучной и дружной семье. Нас было трое сыновей у мамы. А потом случилась беда – и мы с братьями попали, кто куда: я с младшим в детдом, старший на малолетку. В 14 лет сам на зону угодил. Вышел в 15, опять сел, вышел в 16, и снова за решетку – так продолжалось до 75-го года, пока не освободили по амнистии. На свободе недолго гулял – новый срок дали. Так вся жизнь и прошла. На работу никто не берет, да и кому я нужен без профессии. Такое положение в стране было – оступился и тебе не дадут возможности подняться. В 2007 году расписался с одной женщиной, которая ездила ко мне, помогала, поддерживала. Зарегистрировали наши отношения – создали семью. Сын у меня был маленький, к себе забрали, она на себя оформила опеку над ним. Он в армии сейчас, летом придет. Больше никого у меня не осталось. Когда жена умерла, руки совсем опустились, и все пошло не туда и не так – в итоге опять загремел. Очередной срок сидел в Иркутске. Вернулся в город, ни жилья, ни работы. Пришел к одному начальнику и спрашиваю, какого черта вы меня освободили, садите сразу, все одно этим дело кончится. Ну, он и позвонил Серафиму. Вот единственное место, где могу спокойно жить, хоть маленькую пользу людям нести. А помру – похоронят не с биркой на ноге, да и какой-никакой крест поставят на могилу.

— Большой поставим (это сказал Ю. – прим. автора).

— Смотри, при всех сказал (смеется, – прим. автора). На старости лет приобрел новую семью, надежность, постоянство. Здесь никто не вышвырнет на улицу, если за квартиру вовремя не заплатишь. Сейчас, слава Богу, не  90-е, в стране стало значительно лучше. Раньше освободился человек, и куда ему идти? А он ведь и кушать хочет, снова грабить? Выбора не было. Зато сейчас благодаря «Алмазу» есть возможность осмотреться, отдышаться, что-то найти – за себя не говорю, мне за 60 перевалило, вообще про нашу страну. Забота есть от власти, начало положено, меньше народу будет сидеть.

Фото предоставил Серафим Иванов.

«С детства мечтал стать водителем»

N. (утверждает, что самый старый в коммуне).

— Всю жизнь работал шофером, дальнобойщик, в рейсы ходил. КамАЗы гнали по всему Дальнему Востоку. Для меня рейс в Беркакит – это рядышком. Бывало, месяцами в рейсах пропадали, спали в кабинах. Потом уже дома просыпаешься – думаешь, слишком тихо, машина заглохла. А жена спрашивает, ты чего такой взвинченный, успокойся, мы же дома. Раз сломался в Кысыл-Сыре, 7 суток жил на трассе зимой в -45 ждал, когда с Якутска придет тягач. Двигатель работал, солярка была, ходовка полетела. До Момы ходил, дорога там страшная, конечно. Всю Якутию объездил. Даже на празднике оленеводов побывал. Оленей только по телевизору видел, думал, они с лошадь высотой, оказалось, с собаку ростом. Полярного волка видел: страшный, здоровый, как медведь. Со мной глава Оймяконского улуса ехал, так он рассказывал, что от оленя даже копыт не остается.

Северное сияние – очень красивое. С детства мечтал быть водителем. Работу свою любил. Так получилось, сел на трактор, не имея прав, нужно было загрузить мусор, и задавил пьяного случайно. Приговор – 2 года и запрет на управление транспортом. Срок 2 декабря закончился. Чтобы права вернуть, нужно экзамены сдавать, а я это последний раз делал в 79-м году. Многое изменилось, билеты решаю и стабильно из 20 вопросов в 6-7 ошибусь. Мама у меня всю жизнь в связи работала, отец капитаном теплохода. Родители умерли давно, и жена тоже. Выпивал, конечно.

Теперь благодаря Серафиму и свежему воздуху тяга сама собой ушла. Здорово помогает на ферме работать, раньше не знал, с какой стороны к корове подойти, а потом и доить научился. В «Алмазе» уже 1,5 года. Больше всего мне нравится то человеческое отношение, с которым здесь подходят к людям.

Материалы по теме: 

«Снюс» подкрался незаметно 

Жизнь ради другого: о феномене созависимости

+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
27 мая
  • 12°
  • Ощущается: 10°Влажность: 37% Скорость ветра: 4 м/с