yakutia-daily.ru

«СУВАГ» – не просто аббревиатура

В этом году Республиканский реабилитационный центр для детей и подростков с ограниченными возможностями слуха и речи «СУВАГ» отмечает 30-летие своей работы. О том, с чего все начиналось и чем Центр живет сейчас – мы поговорили с его директором Галиной Андросовой. 

Не информированы или не понимают?

Реабилитационный центр располагается в здании бывшего детского сада в спальном микрорайоне Нерюнгри неподалеку от городского парка. Трехэтажное здание с надписью SUVAG на фасаде и множеством входов/выходов встретило непривычно тишиной, словно это не детское учреждение. Но, когда понимаешь, какие именно дети здесь занимаются, все встает на свои места.

Галина Викторовна встречает меня в светлом, просторном кабинете и сразу же с большим воодушевлением начинает говорить. Чувствуется, что то, о чем она рассказывает, занимает все ее внимание.

Если родители не обращают внимание на реабилитацию ребенка, то потом, в 6-7 лет, очень трудно восстанавливать упущенное.

— Мы проводим реабилитацию детей, но многие к нам не попадают. Например, ребенку провели операцию по  кохлеарной  имплантации (кохлеарный  имплант- медицинский прибор, позволяющий компенсировать потерю слуха – авт,) и родители думают – сделали операцию, значит все, начал слышать и скоро заговорит. Но ребенку обязательно нужна реабилитация! И хотя родителям говорят о ее необходимости, есть случаи, когда ребенок два года обходится без нее, пока родные ждут, что он вот-вот заговорит. Но ребенок все молчит, и за это время у него формируются свои, невербальные (без использования слов – авт.) способы коммуникации, поведенческие навыки. Потом он приезжает в «СУВАГ» и нам приходится его переобучать вместо того, чтобы учить, а это всегда сложнее.

— Каких детей к вам приводят?

— Мы специализируемся на реабилитации и абилитации (восстановление и формирование отсутствовавших ранее способностей – авт.) детей с различными нарушениями, в основном это задержка речевого и психоречевого развития. Но к нам поступают дети и с умственной отсталостью, нарушением слуха, аутистическим спектром. Наша главная цель – восстановление, запуск речевых функций, ведь речь и мышление – это взаимосвязанные вещи.

Известный русский психолог Лев Выготский в своей работе «Мышление и речь» доказывает, что как мышление влияет на речь, так и речь на мышление. И если родители не обращают внимание на уровень речевого развития ребенка с раннего возраста, то потом, в 6-7 лет, очень трудно восстанавливать упущенное.

Сейчас наблюдается какое-то недопонимание со стороны родителей о необходимости оказания ребенку своевременной квалифицированной помощи. Практически во всех улусах и районах республики есть возможность взять направление (квоту) в Управлении соцзащиты на реабилитацию в нашем Центре. Но иногда они остаются невостребованными.  И Управление соцзащиты поясняет: в этот заезд отказались, нет желающих и т.п. И это нам непонятно. Т.е. ребенку готовы помочь, но родители говорят – мы не желаем.

— Такая ситуация сложилась давно? Ведь какое-то время назад, насколько знаю, к вам было не попасть.

— У нас и сейчас хватает желающих. В Якутске, например, квоты расписаны до августа, при этом в некоторых других районах они не реализовываются.

— Может, люди просто не информированы?

— Возможно, родители не знают о необходимости и важности реабилитации или до них не доходит полностью информация о том, чем именно их ребенку может помочь «СУВАГ».

А ведь у нас за 30 лет сложился уникальный опыт, когда запуск речи происходит у 90 процентов обратившихся. С некоторых детей снимают статус «ребенок- инвалид». Это здорово! Ребята потом успешно интегрируются в жизнь.

Большинство наших подопечных – дети с задержками речевого и психоречевого развития, аутистическими проявлениями.

 Дефекты усложняются

В прошлом году мы открыли ряд новых направлений реабилитации – сказкотерапия, песочная, АВА-терапия. Они успешно применяются и дают колоссальный эффект. А еще работаем по нашей традиционной верботональной методике.

— Она уже считается традиционной?

— Не совсем, поскольку применяется только в специализированных учреждениях, которые работают с детьми с нарушением слуха. Но таких становится все меньше – если раньше Центр работал только с глухими, то сейчас их всего 18 процентов от общего числа пациентов.

В настоящее время большинство наших подопечных – дети с задержками речевого и психоречевого развития, расстройствами аутистического спектра. Это современная тенденция, когда у слышащих ребят плохо развивается речь. И сложно определить факторы, которые на это влияют. Возможно, причина в гаджетах, когда детям не приходится разговаривать, чтобы играть или общаться. Есть много причин, в том числе и необъяснимых.

Причем год от года дефекты усложняются. Если раньше глухого ребенка чуть-чуть подтолкнешь, и дальше он развивается сам, то сейчас он может быть не просто глухой, а с задержкой психического развития и с аутистическими отклонениями, т.е. множественными дефектами. 

Глухих детей не бывает! 

— Если вы глухих детей учите слышать и говорить, то оправданно ли выражение «глухих детей не бывает»?

— В принципе – да. Наша методика построена на развитии остаточного слуха. И детям с нарушениями слуха сейчас проводят кохлеарную имплантацию, т.е. им фактически вживляют искусственное ухо. Таким образом,  физиологическая проблема компенсируется.

— А вы снимаете сопутствующие факторы.

— Да, работаем над развитием слухового восприятия,  умением слушать и слышать, речевым развитием. Ребенок ведь должен уметь различать звуки, идентифицировать их. Сначала неречевые, потом речевые, потом понимать смысл слов и т.д. С нарушениями слуха можно справиться.

— Скажите, верботональная методика основана на том, что звуки можно не только слышать, но и ощущать?

— Да, мы учим детей чувствовать звук  через тело. Например, в первый год реабилитации  дети занимаются при помощи вибростола.

Галина Викторовна подводит меня к тумбочке, на которой стоит небольшой металлический ящичек со множеством ручек регулировки, выключателей и экранов со стрелками. Она берет в руки микрофон, а я – небольшой металлический кружок, соединенный с аппаратом проводами. Когда она заговорила, кружок слегка завибрировал в моих пальцах, я почувствовал звук.

— Верботональная методика хороша не только для глухих, но и в принципе для детей с нарушениями речи. Через вибрацию они начинают различать продолжительность, силу звуков. Так дети словно идут по пути органического онтогенеза (процесс развития организма – авт.). Как маленький ребенок – для него сначала звуки — это просто хаотичный шум, потом он начинает различать голоса родных, интонацию, с которой они к нему обращаются, и так далее.

Почему «СУВАГ»?

— Как давно вы здесь работаете?

— Пятый год. Начала воспитателем, потом стала заведующей дошкольным отделением, затем директором  Центра.

Работа здесь интересная и очень мотивирующая – ты видишь результат труда, и это здорово заряжает. Идет такая отдача, что все энергозатраты возвращаются с лихвой. Наблюдаешь успехи детей, чувствуешь благодарность родителей, видишь продукт своего труда и перспективы его продолжать.

— Почему в Нерюнгри начали применять именно верботональную методику?

— Так решили родители, они же, можно сказать, и организовали Центр в конце 80-х годов. Инициатива его создания принадлежала матерям глухих детей. В 1990 году обучение в Центре-Поликлинике «SUVAG» (Система Универсальной Верботональной методики слушания «Audition» академика Петара Губерина, г. Загреб, Хорватия) прошли Зинаида Максимова и Мария Калюжная. Инициативная группа родителей добилась открытия в детском саду специализированной группы для детей с нарушениями слуха и речи. Первый набор составлял 15 человек.

Позднее Зинаида Максимова сама начала преподавать фонетическую ритмику в этой дошкольной группе, а с 1995 по 2011 годы уже руководила Центром «СУВАГ». Сейчас она кандидат философских наук, отличник образования РС (Я), учитель-дефектолог высшей категории и возглавляет Республиканский реабилитационный центр для детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья в г. Якутске.

Работы хватает всем

— То, что в Якутске открылся большой реабилитационный центр, как-то отразилось на работе «СУВАГ»?

— Нет. В республике пять таких учреждений и всем хватает работы. Ведь в республике, по последним данным, более 6000 детей-инвалидов.

— Т.е. ни на размере зарплат, численности штата, положении сотрудников открытие Центра в Якутске никак не отразилось?

— Нет.

— А ситуация, когда желающих приезжает меньше, чем вы могли бы реабилитировать, давно наблюдается?

— Она нестабильна и в течение года. Например, мало детей было в третьем квартале, а в четвертом с наполняемостью было очень хорошо. И, кстати, выделено много квот на Нерюнгринский район, но, несмотря на то, что мы находимся в Нерюнгри, немного людей знают о нашей деятельности. Все как-то побаиваются нашу аббревиатуру, что ли. Думают, что Центр только для глухих, а ведь в обычных городских детсадах хватает неговорящих детей. На логопедов в них ложится огромная нагрузка.

Квота — это не проблема

— Может, к вам сложно попасть? Что для этого нужно?

— Для детей-инвалидов нужно направление от УСЗН на реабилитацию. До трех лет, в рамках оказания ранней помощи, мы можем принять детей по справке от педиатра или невролога. У детей с ораниченными возможностями здоровья тоже есть возможность попасть к нам – для этого нужно заключение Центра психолого-педагогической помощи. Его получить несложно, но многие родители почему-то опасаются. Бытует ошибочное мнение, что после проведения обследования в данном Центре их ребенку поставят какой-то диагноз и его больше никуда никогда не примут и т.п.

— Я тоже об этом подумал… Может, действительно боятся, что запишут ребенка в инвалиды, и все, крест на всю жизнь?

— Это не инвалидность. Комиссия Центра психолого-педагогической помощи детям признает ребенка нуждающимся в определенном образовательном маршруте. Если один ребенок говорит  фразами и умеет строить предложения, а другой не говорит совсем или произносит два-три слова, то подход к ним должен быть разным. В этом нет ничего страшного. Комиссия дает рекомендации для построения образовательного маршрута. Они выдаются на определенный период времени, а потом их при необходимости нужно будет подтверждать. И если ребенок перестает нуждаться в особом маршруте, значит проблемы в развитии остались позади!

— Скажите, вы даете дошкольное образование?

— У нас есть лицензии на дошкольное и дополнительное образование – курсы для взрослых: родителей и специалистов. В 2019 году провели два потока по воспитанию и обучению детей-инвалидов. На курсах для родителей теоретический материал соединяем с практическими занятиями. Учим мам и пап взаимодействовать с собственными детьми. Это дает очень хороший опыт. Мы получаем отзывы, что взрослые наконец-то поняли, как взаимодействовать с собственным ребенком, как с ним общаться и заниматься и почему именно так.

Поскольку время пребывания  в Центре сейчас составляет порядка 15-ти рабочих дней, то основная работа по реабилитации собственного ребенка ложится на родителей.  Мы, конечно, даем им рекомендации дальнейших занятий, говорим, какие задания выполнять дома, но роль родителей очень велика в таком процессе. Поэтому очень важно «включиться» в процесс, вникать в систему работы с ребенком.

— Да, раньше курс реабилитации у вас составлял 45 дней, а сейчас 21, почему так?

— В моем понимании это сделано для того, чтобы охватить большее количество детей. И потом – всегда есть возможность взять две-три квоты, если есть необходимость.

— Но есть ли смысл ехать в Нерюнгри, например, из Среднеколымска, на 20 дней?

— Смысл есть. За это время ребенок получит толчок в развитии, а родители – представление о методах работы с ним. И если у ребенка была долгая адаптация и только к концу квоты начался процесс включения в деятельность, есть необходимость остаться еще, то родители могут пойти в Нерюнгринское УСЗН, взять еще одну квоту и продолжить реабилитацию. Иногда мы оставляем ребенка на какое-то время, даже если нет квот – всегда идем навстречу.

Центры притяжения

— К вам едут из Якутии, а из других регионов есть пациенты?

— Поскольку у нас республиканский центр, мы правомочны принимать детей только из Республики Саха. Но есть прецеденты, когда мы занимались детьми из-за ее пределов. Приезжали семьи из Бурятии, Читы, Оренбурга. Они прописываются в Нерюнгри, получают регистрацию и затем квоты на общих основаниях. Семья из Оренбурга, например, была в Москве, в Санкт-Петербурге, но мальчик после кохлеарной имплантации заговорил только у нас. И его семья переехала в Нерюнгри.

Плюс нашего города в том, что тут очень удобная инфраструктура и есть разного уровня коррекционные учреждения для детей с нарушениями в развитии. Во многих детсадах открыты классы начальной школы. Там маленькие группы, специализированное обучение, индивидуальный подход.

Многие родители переехали на постоянное место жительства в Нерюнгри из-за того, что здесь есть возможность посещать детский сад или начальную школу с коррекционной направленностью и еще параллельно проходить курсы реабилитации в «СУВАГе» или Центре ДЦП. А к 5-му классу ребенок будет готов учиться дальше в обычной школе.

— С ДЦП-центром вы пересекаетесь в своей деятельности?

— Конечно, мы работаем в одной системе, иногда с одними и теми же детьми, но по разным методикам, дополняем друг друга.

Мальчиков на реабилитацию приходит в три раза больше, чем девочек. 

Игротерапия и другие

— Какие методы реабилитации вы используете?

— Работаем по двум направлениям – есть дети, которые занимаются в группе, а есть – индивидуально. В «СУВАГе» после медицинского и психолого-педагогического обследования на каждого ребенка заводится реабилитационная карта и определяется маршрут реабилитации. Самое главное решение – индивидуальной или групповой будет его реабилитация. Группа — это очень хорошо, потому что многие ребятишки не социализированы. Всего у нас их шесть, в каждой от шести до десяти человек сходного возраста и диагноза. В группе они получают все занятия, которые положены дошкольному учреждению. Это развитие речи, формирование элементарных математических представлений, ознакомление с окружающим миром, физкультура и т.д. А также весь спектр занятий по социально- психологической, социально- бытовой, социокультурной и социально- средовой реабилитации. Занятия проходят в первой половине дня в игровой, непосредственной форме. Ребенок двигается, переходит из кабинета в кабинет.

Дети, которые проходят реабилитацию по индивидуальному маршруту, посещают Центр с родителями, но у них тоже есть групповые занятия, например, музыкальная стимуляция, фонетическая ритмика, Монтессори-терапия, физкультура. Каждый ребенок получает индивидуальные занятия с учителем-дефектологом, психологом, плюс сенсорная комната по показаниям невролога, и наши специфические занятия – сказкотерапия, АВА-терапия, арт-терапия и др.

Помимо психолого-педагогической реабилитации, каждый ребенок получает медицинские услуги – наблюдение врачей, медикаментозное лечение, физиопроцедуры.

Именно комплексный подход, включающий медицинские процедуры и психолого-педагогическое воздействие, дает очень хороший результат.

Именно комплексный подход, включающий медицинские процедуры и психолого-педагогическое воздействие, дает очень хороший результат.

Гордость «СУВАГа»

— Вы работаете в режиме детского сада, т.е. родитель утром привел ребенка, а вечером забрал?

— Да, и это очень здорово. Потому что ребенок становится более самостоятельным, научается сам есть, одеваться, следить за собой. Ведь многие родители детей-инвалидов склонны к излишней опеке своих чад. А у нас они проходят социально-бытовую адаптацию.

В кругу таких же, как он, детей ребенок чувствует себя комфортно, выступает на утренниках, даже если просто вышел с листочком и постоял или что-то показал руками. Ему дают возможность в полной мере проявить себя.

— Сколько детей за год проходят через Центр?

— В прошлом году план у нас был 1392 ребенка, а прошли 1407, но это с учетом, что один ребенок мог получить несколько  квот.

— И сколько из них успешно прошли реабилитацию?

— 1222 ребенка выписались с улучшением, а еще 93 – со значительным улучшением! У нас разработана система диагностики в баллах, каждый ребенок в начале и в конце реабилитации проходит дефектологическое и психологическое  обследование, и по его результатам мы определяем уровень изменений в развитии ребенка.

— Каково соотношение педагогов и детей в Центре?

— Более 90 сотрудников на 87 детей в одном потоке. Т.е. на каждого ребенка по сотруднику.

— Что запланировано в юбилейный год?

— Состоится научно-практическая конференция «Современные методы реабилитации: опыт и перспективы», пригласим гостей – коллег из республики и регионов России. Будут дни открытых дверей, различные мероприятия в коллективе – форсайт-сессия, квизатлон, педагогические мастер-классы и многое другое. Планируем провести обучение специалистов по современным методам реабилитации и раннему развитию в Санкт- Петербурге.

На сайте у нас есть страничка, посвященная 30-летию, а еще готовим книгу «Наша гордость» о выпускниках, где соберем информацию о детях, которые добились в жизни успеха. «СУВАГ» интегрировал немало детей в общеобразовательные учреждения города, республики, Сибири и Дальнего Востока. В дальнейшем практически все они успешно социализировались, построили семьи, получили специальности и работают по выбранной профессии.

Беседовал Евгений ТОМИН.

Фото: ГБУ РС (Я) «Республиканский реабилитационный центр для детей и подростков с ограниченными возможностями слуха и речи «СУВАГ».

Поделись новостью:

ТОП 5 НОВОСТЕЙ

ОБСУЖДАЕМОЕ

Top