«Сокол» Соловьев: о детстве и взрослении в кругу якутской интеллигенции

«Сокол» Соловьев: о детстве и взрослении в кругу якутской интеллигенции

15:56
05 октября 2022
Читайте нас

Его дед – первый из саха доктор наук (и по философии) Авксентий Мординов, который создал в 1956 году Якутский госуниверситет, от формирования структуры и направлений обучения, приглашения первых профессоров из ведущих вузов страны до включения в проект Главного корпуса колонн по образу и подобию древнегреческого университета. Двоюродный дед Амма Аччыгыйа радовался и умилялся, когда он просто сметал жареных мундушек, которые народный писатель с утра ловил на корчагу в Сергеляхском озере и сам жарил во дворе дачи на лиственничных лучинах. Но больше всего наш герой любил рыбалку и собирать ягоды – охту, красную и чёрную смородину, голубику, бруснику с бабушкой в селе Кутана Алданского района. И это было счастье, когда они на сданные ягоды купили ей стенку. У нас в гостях исполнительный директор Якутского отделения Русского географического общества (РГО) и директор музея – исторического парка «Россия – Моя история» Дмитрий Соловьёв. 

Деды-журналисты

— С удивлением узнал, что Авксентий Егорович начинал как журналист – будучи 19-летним был ответственным секретарём газеты «Эдэр большевик» (1929-1930), а в 30-е годы возглавлял газету «Кыым». Каким он был человеком в повседневной жизни?

— Да, он постоянно писал, как я себя помню. Он был настоящим философом, не только по работе, но и в жизни. Постоянно о чём-то размышлял, куря свою трубку, много писал, сидя на мансарде дачи на Сергеляхе, устремляя свой взор вдаль. И незнакомым людям может и казался с виду неприступным, но ученики, друзья и люди, которые с ним общались, просто боготворили его, были пленены им, его открытостью в общении, тонким чувством юмора. Он очень любил спорт, с упоением смотрел выступления якутских борцов и, на удивление, очень любил футбол. Общение с друзьями для него было само по себе праздником, они много шутили, смеялись, играли в шахматы и карты. При этом он был очень скромен и бескорыстен. По-философски относился к деньгам. Постоянно занимал деньги людям, даже крупные суммы, и тут же забывал про долги и не стремился вспоминать, кто и на что занял у него деньги. Помню, просто говорил, возьмите там, в верхнем ящике моего стола.

Моя мама Галина Авксентьевна постоянно летом работала в учебных комиссиях, а мы с дедом жили на даче. Дедушка кормил меня, чем бог послал. И вообще был неприхотлив в быту, и ничего ни у кого не просил. Помню, как я бегал в дачный магазин. Выбор был весьма скудный. Покупал джем, мазал на хлеб и ел. Или деликатесом были лимонные карамельки, простое печенье. 

— Он был ученым секретарём Института языка и культуры, когда директором был Ойунский. После его ареста на Мординова тоже были гонения. В 1942 году Авксентий Егорович редактировал книгу Г.П.Башарина «Три якутских писателя-реалиста», и потом его обвиняли в национализме. Хотя он был истинным интернационалистом, в его доме жили еврейка Бианна Ичаджик и финка Анна Пуккинен. В военные годы он потерял двоих детей, жену в 1944 году, растил троих дочерей и сына. Лингвист Убрятова сказала про него в годы гонений: «Авксентий Мординов – негласный лидер якутской интеллигенции».

— Так и было. Когда строили Главный корпус ЯГУ, дед настоял, чтобы поменяли первоначальный проект и сделали колонны и портик, как в древнегреческих Ликее и Академии. Потом ездил по всей стране и уговорил приехать работать в открывающемся университете учёных из Москвы, Санкт-Петербурга, средней России, союзных республик. Заложил фундамент и базу для развития ЯГУ до того, как его в 1959 году не сняли из-за ложных обвинений в том же национализме. Он же не только был журналистом, но и переводчиком – перевёл много романов великой русской литературы.  Дед заложил основы якутской философской школы – ещё при жизни увидел, как ряд его учеников стали докторами философских наук.

— Журналистом был и его старший брат Николай Егорович Мординов – Амма Аччыгыйа, который долгие годы работал в газете «Бэлэм буол» и издал роман-эпопею «Сааскы кэм» («Весенняя пора»), которая выдержала 10 изданий и переведена на многие языки мира. Откуда они родом, где эта плодовитая на таланты земля?

— Был ещё их младший брат Трофим Егорович Мординов 1915 года рождения. Фронтовик, награжденный боевыми орденами. Он основал Харбалахский техникум, трудился начальником управления образования Алексеевского района. 

Родители у них были простые крестьяне. Родились братья и их сестра Татьяна Егоровна (вышла замуж и жила в Нюрбе) в Усть-Амге Ботурусского, ныне Таттинского улуса. Мама их – из Дорофеевых Намского улуса – рано умерла. Овдовев, дедушка Авксентий женился на Ольге Всеволодовне Ионовой, дочке известного тюрколога, народника, педагога Всеволода Ионова и первой женщины-олонхосутки Марии Андросовой. Ионов помогал Пекарскому в составлении «Якутского словаря», строил школы и учил детей. А Мария Николаевна получила медаль Русского географического общества за собирание якутского фольклора еще до революции. Вот такой мостик в нынешний день.  

— А каким был Амма Аччыгыйа?

— Он меня выделял по двум причинам. Потому что я единственный из городских Мординовых мог говорить по-якутски, хотя и на бытовом уровне, и мог даже блеснуть перлами – сказывались летние месяцы, проведенные в Кутане. И второе — то, что был благодарным едоком. Привыкший к деревенской еде махом уминал жареных мундушек, которых Николай Егорович утром доставал с корчаги в Сергеляхе и готовил на печке-камельке на рожнах стоймя во дворе. 

Как-то в студенчестве собрался я с коллегой на охоту в Батагай. А патронов в магазинах нет. Звоню своему брату Феде, внуку Амма Аччыгыйа. Он говорит, что у деда в сундуке вроде были. Приезжаю к дяде Коле. Он открывает сундук и говорит: «Бери все!». Тётя Муза глянула на меня искоса: «Почему все забираешь?». Дядя Коля: «Так один Дима и охотится!». Когда я привёз одного-единственного зайца, Николай Егорович был счастлив. 

Любимый внук Мохсогол

— А почему не Таатта, а Кутана?

— Мне повезло с отчимом Иваном Ивановичем Соловьёвым. Он мне дал настоящее мужское воспитание. Отец его погиб на фронте, мама умерла от чахотки. Он стал приёмным сыном у Марии Алексеевны Соловьёвой и кадрового охотника Дмитрия Николаевича Мартынова. У них было своих 14 детей и несколько приёмных. Дед на полгода уходил в тайгу с конём Коммуналом и лайкой Спутником. Бабушка говорила мне, что за свою жизнь он добыл 100 медведей и троих из них убил ножом из-за осечки своей малокалиберки, которая стреляла только один раз. Остальные полгода под маленьким, насквозь дырявом навесе во дворе набивал патроны, чистил ружья, сушил мясо сохатых. На детей и хозяйство, мне кажется, он вообще не обращал внимания. Бабушка сама косила сено, даже охотилась в более молодом возрасте.

Как мне кажется, я был внуком, к которому она относилась с каким-то особым трепетом. Наверное, от того, что она очень любила своего приемного сына Ивана. Её чувства к нему отражались на мне и сильно сплотили нас. Мы буквально не могли жить друг без друга. Я её очень жалел и старался во всем ей помогать. Помню моменты, когда она порой в одиночестве собиралась идти в лес по ягоды, и никто с ней не шёл – у всех были неотложные дела. А моё детское сердце билось в ужасе – а вдруг на мою любимую бабушку нападет медведь. И я с криками «Эбэээ… Тохтоооо…» бежал за ней, схватив дедовское ружье. Я еще не знал, что из дробовика медведя не прошибешь. А её это умиляло. Она это одобряла и заодно прививала мне любовь к природе, к сбору ягод, к сенокосу. На сенокосе мы ставили палатку, заваривали грузинский плиточный чай и во время отдыха весело резались в карты. С тех пор страшно люблю собирать любую ягоду. Собирали красную и чёрную смородину, землянику, голубику, бруснику, малину, за охтой далеко ездили. Сейчас я знаю, где растёт жимолость в Намском улусе, но место не выдам. И тут, в долине Туймаада, есть чёрная смородина – тоже не расскажу. Все собираюсь по клюкву. Ее много здесь. Но времени, к сожалению, уже не хватает.

А Кутана в Алданском улусе это же глушь, медвежий угол. Иногда неделю добирались, если с погодой или транспортом не задавалось. Сначала на Як-40 летишь с Якутска до Алдана, потом на Ан-2 в Чагду (Учур), затем на том же «Антошке» в Белькачи, и уже оттуда до Кутаны на моторке летом и зимой «на оленях утром ранним» врываешься в снежную зарю. Дорога эта целая песня – то клопы заживо едят (мы к ним ещё вернёмся – прим.корр.) на месте ночлега у знакомых в деревеньках по пути, то еще какие приключения случаются. 

Сначала, конечно, мне доставалось от местных пацанов, тогда крик бабушки слышался на всю деревню. Но потом они меня всегда ждали и охраняли – я же привозил невиданные по тем временам виноград, яблоки, лимоны, учил их разным городским играм и забавам, подбивал на всякие затеи – то на охоту уйти с отцовскими ружьями, то следить за бурундуками у комбикормового склада, то прыгать через костёр или пойти в походы с ночёвками, на рыбалку. Один раз нашли чужую сеть и вытащили из нее много крупных рыб. Пришел и гордо принес бабушке, «юный добытчик». Затем пришлось идти понуро в ночь и вставлять их обратно в сеть по настоянию моей бабушки. В Кутане прошли мои самые удивительные годы. Я там научился охотиться и рыбачить, стал немного понимать таежную жизнь. А сейчас большинства друзей детства и нет на этом свете. Такая проза жизни простых селян – кто утонул на рыбалке, кто погиб на охоте, кто канул из-за неразделённой любви…   

— Вроде и не родной по крови внук, а любила вас…

— Так я самый любимый внук и был! Наверное, так скажет каждый из ее многочисленных внуков. Мне кажется, что мои близкие даже ревностно к этому относились. Бабушка, для которой дикая тайга была дом родной, приезжала в ужасные для неё каменные джунгли Якутска только ради меня, чтобы накормить любимого пирожками и оладушками. А ведь она даже дышать в городе нормально не могла. Ей было очень тяжело. Она, бедная, порой выходила в город и терялась среди каменных домов. Потом сердобольные люди звонили нам, многие знали профессора Мординова, да и тогда у всех были справочники телефонные с фамилиями. Бабушка в городе максимально могла выдержать только месяц, и то только ради меня. По-русски она говорила с большим трудом, ее речь меня очень умиляла. Приговорка у нее была такая «Ладно лаппарадно, обратно кылбыратно».  Удивительная женщина была, очень скромной натуры, очень щедрая душой, настоящий человек. Многое видала и пережила на своей жизни, ушла тихо, не обращаясь к врачам, чтобы не доставлять никому хлопот, через некоторое время после того как ее лягнула корова. Говорила, что болит живот. И всё… 

Я из своей первой зарплаты на юннатской станции – 53 рубля 82 копейки – купил ей часы за 25 рублей. Но как счастлива была она, когда мы всё лето с ней собирали ягоды, сдали их осенью в заготконтору, и на вырученные деньги купили ей стенку! Она называла меня Мохсогол (Сокол) за зоркость. 

— Самое удивительное воспоминание кутанинского детства?

— Ещё затемно выхожу один, выгребаю на лодке на маленькое озеро, подстреливаю несколько уток, потом начинаю доставать из сетей карасей. И в лучах восходящего солнца они играют у меня на руках настоящим золотом! Так и стоит всегда у меня эта картина перед глазами. Солнце, караси – и всё слепит… Жмурюсь и плачу. 

Клопы до музея доведут

— А в какой ты школе учился? 

— Сперва в 6-й. Потом перевели в 8-ю, но у меня как-то не сложились отношения с представителями золотой молодёжи. Не то, чтобы меня били или третировали, но я ощущал какой-то дискомфорт, не хотел я идти в эту школу. И с пятого класса я учился во 2-й школе. Какие прекрасные учителя там были! Неля Николаевна Плотникова столь искусно учила английскому языку, что я его освоил на «5» и мне помогло это потом в жизни. Прекрасный педагог-математик Анна Андреевна снисходительно относилась ко мне. Вот недавно был на юбилее школы и такая же заводная учительница музыки Нина Дмитриевна, ничуть не изменившаяся со времён моего отрочества, так же задорно поёт с учениками песни. Уроки начальной военной подготовки (НВП) вёл кадровый офицер Лапсун Домбаевич – харизматичный, статный, чёткий во всем. Таких, наверное, сейчас не хватает. Пионервожатой нашей была Галина Анисимовна Хайдурова, ярчайший человек. Ей установлен памятник у школы №2.

— Какое высшее образование у тебя за плечами?

— Учился на биолога в БГФ ЯГУ. Дипломная работа называлась «Вертикальное распространение полужесткокрылых Верхоянья». Ты знаешь кто такие полужесткокрылые?

— Насекомые?

— Клопы! А знаешь сколько их видов в Якутии?

— Нет. Знаю одного. Постельного.

— Более 170 видов, насколько я помню! Вот водомерка тоже клоп. А который питается кровью человека, живёт с ним ещё с пещерного века. Синантропный называется. Скучный вонючий тип. А сколько есть лесных клопов!

— Как клопы привели к РГО и музею?

— После окончания учёбы я работал в Центре охраны природы ЯНЦ СО РАН. Он впоследствии стал институтом прикладной экологии Севера. После прохождения годичной магистратуры в международном университете в Москве остался работать в Постоянном представительстве РС(Я) при Президенте РФ. Выручило знание английского – спасибо 2-й школе и Неле Николаевне. Я там трудился с 1994 по 2007 годы.  

В 2013 году отмечали 100-летие Якутского отделения Русского географического общества, и я, будучи в научно-организационном отделе Академии наук Якутии, вплотную занимался этим юбилеем. Администрация президента Якутии в то время дала поручение наполнить новым дыханием работу РГО в плане просветительства, экспедиций, работы с детьми, молодёжью. Это и экологические вахты, и грантовые проекты, и работа в медиапространстве. Председателем отделения стал зампред Правительства Якутии Алексей Дьячковский. Нужно было создать общественную организацию, обеспечить работу Попечительского совета, местных отделений и пр. Мы сегодня можем, думаю, гордиться нашей работой. Сегодня мы занимаем 8-е место во всероссийском рейтинге отделений по комплексу критериев и показателей оценки работы. 

Тогда президент академии, доктор наук, профессор Игорь Колодезников  порекомендовал меня зампреду Алексею Дьячковскому в качестве исполнительного директора. Вот с тех пор я занимаюсь на общественных началах работой отделения РГО. Работы и планов громадьё. Рассказать и всей газеты не хватит. (Кстати, при мне в машине звонил Дмитрию Ивановичу один энтузиаст, который уточнил экспедицию по Подкаменной Тунгуске, и сразу же перескочил к своей мечте пройти с самой южной точки Якутии – Зейского водохранилища – до самой северной – устья Анабара. Звучали названия, словно из песни – Гонам, Чара – прим.корр.).

А уже в 2016 году А.П.Дьячковский возложил на меня обязанность контролировать строительство и создание контента по истории Якутии исторического парка «Россия — Моя история». И вот мы уже 19 октября 2022 года отмечаем 5-летие открытия нашего музея. 

— А сколько подобных исторических парков в России?

— 24. На Дальнем Востоке три – у нас, во Владивостоке и на Сахалине. Будет скоро в Хабаровске, Иркутске, Пскове и других городах. 

— Сколько было посетителей в этом году?

— Этот год еще не закончен, но каждый год нас посещает по 100 тысяч человек. Одну выставку «Современная история Якутии», которую мы сделали к 100-летию ЯАССР посетили 8831 человек. А в 2021 году одних временных тематических выставок нами было сделано 57. Это огромная  работа! А еще и масса культурно-просветительских мероприятий, в которых многие якутяне принимали участие. 

— Какие выставки вам запомнились?

— «Память поколений», «Вспомним», «Победа-75» — выставки о Великой Отечественной войне. Были «Романовы» и «Рюриковичи». Очень интересные выставки делали с молодыми художниками — «Я (не) боюсь», про страхи-фобии и пути их преодоления. «Оживляли» картины Кыдааны Игнатьевой (выставка «K.Y.T») посредством нашей высокотехнологичной техники. Выставку посетило более 8 тысяч человек за малый срок. Был интересный опыт организации выставки «Светуарий». Это разные световые арт-объекты. Были ряд фотовыставок: «Первозданная Россия», «Самая красивая страна», «Многонациональная Россия» и другие. 

В принципе мы можем делать под ключ любую выставку, лишь бы был контент. Сегодня мы в этом деле преуспели благодаря нашим специалистам, которые находятся всегда на острие, как говорят «в тренде». 

— А что вы еще можете делать?

— Проводим викторины, квизы, квесты для разных возрастов, экскурсионную работу для посетителей разных возрастов, программы для семей с детьми. Есть 30 тематических экскурсий, и вы можете их заказать бесплатно. Например, День России, Татьянин день, День государственности, День республики. 

— Вы проходите под рубрикой «Гость номера» и нельзя не задать вопросы про семью и хобби.

— Супруга Кема Владимировна родом из Калмыкии. Детей трое. Старший в Москве работает в IT-сфере. Дочка учится в Финансовой академии в Санкт-Петербурге. Младший учится в 11 классе в 17-й школе. 

А хобби у меня простые, мужские — охота, рыбалка, природа, путешествия, бильярд. Сейчас еще полюбил музеи.

Р.S. Однажды играл с Дмитрием в Кубке СМИ в паре. Кладка у него железная. Рука твёрдая, глаз соколиный. Но мы проиграли в контровой партии 7:8 будущим чемпионам. Аччыгый-маленько нам не хватило. Что ж не везёт в биллиарде, подавай идей миллиард. Кстати, шары катали почти профессионально Толстой, Пушкин, Маяковский (одно время гремела его пьеса-поэма «Клоп»))).

+1
6
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
9 декабря
  • -35°
  • Ощущается: -35°Влажность: 68% Скорость ветра: 1 м/с