Север: приспособиться и выжить

Вопрос адаптации человека на севере никогда не утратит своей актуальности: мало того, что мы живем в экстремальных условиях, так на это еще накладывается и так называемая антропогенная нагрузка – возьмем хоть экологическое бедствие на Вилюе, которое будет аукаться нам еще долго. Условия постоянно меняются, и надо к ним как-то приспосабливаться. Но и лучшие умы республики не пускают это дело на самотек: 12 ноября в Академии наук прошла научно-практическая конференция по медико-экологическим аспектам адаптации и здоровья человека на Севере.

«Оградить себя»

С «огненной водой» шутки плохи, и никаких вам «я свою норму знаю»! Как информировал доктор биологических наук, главный научный сотрудник Института биологических проблем криолитозоны Борис Кершенгольц, в каждом последующем поколении якутян устойчивость организма к алкоголю снижается, причем независимо от национальности: исследование проводилось среди якутов, русских, среднеколымских и южноякутских эвенов. В каждой этновозрастной группе было 300-500 человек, от которых требовалось всего-навсего сдать по 3-5 волосяных луковиц. Как говорится, до чего техника дошла!
Результаты, как уже было сказано выше, неутешительные: предыдущие поколения заложили процесс снижения устойчивости к алкоголю, и это снижение налицо у 40% коренного населения.
— Но это не значит, что все они алкоголики, — оптимистично заметил Борис Моисеевич. – Просто людям нужно знать этот факт и строить свою жизнь с учетом того, что алкоголизм может развиться у них в несколько раз быстрее, и течение его будет отличаться злокачественностью. Особенно подросткам надо это знать, чтобы оградить себя от опасности.
Ваши слова да подрастающему поколению в уши… И всем остальным тоже.

Эпсорином по нейротизму

Его коллега по институту, также доктор биологических наук Ольга Колосова исследовала возрастные особенности психоэмоционального напряжения коренных жителей Арктики. Исследования проводились среди эвенков Оленекского района с 2011 по 2018 гг. в самое суровое время – полярную ночь. Ни одного человека с низким уровнем тревожности там не оказалось, но наиболее высокий уровень тревожности и нейротизма (то есть эмоциональной неустойчивости) был выявлен среди мужчин 35-50 лет. Стоит ли удивляться после этого, что продолжительность жизни в Арктике – 45-50 лет!
Ради эксперимента ученые предложили людям принимать БАД из северного сырья – эпсорин. Оказалось, он снижает уровень нейротизма. Хорошо, конечно, но ведь одними БАДами положения не исправить.
К слову сказать, когда речь зашла о высокой тревожности, развернулась целая дискуссия.
— Это вопрос к СМИ – не надо дергать население, — подал реплику с места уже «отстрелявшийся» Борис Моисеевич.
— Наоборот, — возразила ему с трибуны докладчика Ольга Николаевна. – Для анализа информации не хватает. СМИ должны быть объективными.

О воде и еде

Кандидат медицинских наук, заведующая кафедрой пропедевтики детских болезней Медицинского института СВФУ Сардана Маркова рассказала о проблемах со здоровьем в бассейне Вилюя. Оказалось, больше всего у детей страдает пищеварительная система. Главная причина этого – качество питьевой воды.
А что же в Арктике? По данным Госстатистики 2017 года, депопуляция в арктических районах республики сократилась на 14%, но бросать в воздух чепчики с криками «ура» рано: доля смертности от болезней системы кровообращения сохраняется на прежнем уровне (45% от всех случаев смерти).
Изучив, чем питаются северяне, кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник Якутского научного центра комплексных медицинских проблем Любовь Олесова корень зла видит в отходе от традиционного питания. Диета с высоким содержанием углеводов здоровья точно не добавит, а избыточным потреблением мучного и сладкого «страдаем» мы все, но кто-то – вынужденно.
Как сообщила Любовь Дыгыновна, в поселке Юрюнг-Хая Анабарского улуса методом случайной выборки было опрошено 184 коренных жителя в возрасте от 20 до 72 лет. 48% отметили, что денег им хватает только на продукты питания и товары первой необходимости, 21% — только на продукты питания, 4% признались, что им не хватает и на еду.
Если обратиться к данным все той же Госстатистики, среднесуточные денежные доходы населения Арктической зоны Якутии ниже, чем в Ненецком округе на 87%, Ямало-Ненецком – на 76%, Чукотском — на 63%.

Организм дает «ответку»

В основном на Севере едят оленину, рыбу (муксун, чир), растительное и сливочное масло (а, возможно, спред), макароны, рис, белый хлеб и рафинированный сахар. «Молочка», овощи и фрукты отсутствуют как класс.
Кстати, хотя оленина в этом списке пока стоит на первом месте, поголовье оленей постоянно сокращается, что уже сейчас сказывается на рационе северян.
Выводы не внушают оптимизма: ухудшение качества жизни и низкий доход приводят к недостаточному питанию, а организм быстро дает «ответку»: в первую очередь страдают сердечно-сосудистая система и обмен веществ. Исследования показали, что больше всего углеводов потребляет молодежь 20-29 и 30-39 лет, и рост уровня общего холестерина наблюдается именно в этих возрастных группах.
В итоге гипертония в 20-29 лет обнаруживается у 5% мужчин, живущих в Арктике, в 30-39 лет – уже у 10%, а у женщин резкий рост патологий системы кровообращения наблюдается в 40-49 лет.

Йогурт из оленьего молока

Доктор сельскохозяйственных наук, старший научный сотрудник Якутского научного центра комплексных медицинских проблем Константин Степанов видит спасение в продуктах питания из местного сырья — кисломолочке, мясе якутского скота (дорогое удовольствие!), карасях, дикорастущих ягодах (докладчик особо выделил плоды и листья шиповника, а также морошку). Рассказал он и о таком чуде, как оленье молоко, по консистенции больше напоминающее сливки, жирность — 34%. Из него, представьте себе, делают кисломолочный напиток и йогурты.
Хотя зачем гоняться за птичьим… то есть оленьим молоком, родной сорат в помощь.  А участники конференции пришли к выводу, что для нужно сплотить ряды специалистов, занимающихся экологией, биологией и практической медициной, продолжить и расширить научные исследования на долгосрочной основе и усилить работу по внедрению научных достижений в практическое здравоохранение.